Медицинский научно-практический портал
ISSN 2687-1181 (Online) ISSN 1560-5175 (Print)

Младенческие колики в клинической практике: диагностика и контроль симптомов

Повторные эпизоды необъяснимого беспокойства у младенца: как отличить функциональные колики от органической патологии и выстроить поэтапный контроль симптомов без необоснованных вмешательств?

Младенческие колики относятся к самым частым причинам продолжительного плача в первые месяцы жизни ребенка [1, 2] и становятся поводом для обращения за медицинской помощью примерно каждой шестой семьи [3]. По данным проспективных исследований колики выявляются у 5-19% детей, а в отдельных работах частота колик приближалась к 90% [4, 5].

Согласно Римским критериям IV, диагноз младенческих колик (МК) предполагает повторные продолжительные эпизоды плача, беспокойства или раздражительности у ребенка младше пяти месяцев, возникающие без очевидной причины и плохо поддающиеся обычным способам успокоения [1, 6]. Частота и продолжительность приступов нарастают в первые недели жизни, достигают максимума примерно к шестой неделе и у большинства детей постепенно уменьшаются к трем-четырем месяцам [1, 2, 6, 7]. Такая возрастная динамика и самостоятельное разрешение симптомов характеризуют МК как функциональное и преходящее расстройство раннего возраста [1, 6, 7]. Патогенез младенческих колик до сих пор окончательно не установлен, однако, на сегодняшний день их развитие связывают с возрастной незрелостью моторной и сенсорной регуляции кишечника, становлением микробиоты, особенностями вскармливания и аэрофагией [1, 2, 5-7].

Несмотря на доброкачественный прогноз, младенческие колики являются тяжелым бременем для семьи [2, 7-9]. Повторные эпизоды трудноутешимого плача нарушают сон родителей, усиливают тревогу, чувство беспомощности и сомнения в собственной способности заботиться о ребенке [2, 7, 9]. Младенческие колики и продолжительный плач ассоциированы с более высокими показателями послеродовой депрессии у матерей, а сочетание эмоционального истощения и невозможности успокоить младенца может ухудшать семейное функционирование [8, 9]. При выраженном напряжении возрастает риск импульсивных реакций взрослого, что делает поддержку родителей обязательной частью ведения ребенка с коликами [9].

Неопределенность причин и высокая эмоциональная нагрузка часто побуждают семьи повторно обращаться за медицинской помощью, менять смесь или рацион кормящей матери и последовательно пробовать средства с различными механизмами действия [2, 6, 8, 10]. Такая активность создает риск неоправданных ограничений питания, раннего прекращения грудного вскармливания и полипрагмазии [2, 5, 10, 11].

Современный подход к ведению МК объединяет информирование родителей, подтверждение функционального характера нарушений, коррекцию техники кормления и безопасный контроль симптомов, поддерживающий качество жизни ребенка и семьи в период естественного созревания пищеварительной регуляции [1, 2, 6, 7]. При необходимости симптоматической терапии выбор вмешательства должен учитывать саморазрешающееся течение колик, безопасность и удобство применения у детей первых месяцев жизни [2, 6]. Последовательная и понятная тактика помогает контролировать наиболее беспокоящие проявления колик, снижает тревогу родителей и уменьшает вероятность необоснованной смены питания или избыточной лекарственной нагрузки [2, 9, 10].

Диагностические ориентиры при младенческих коликах

Диагноз младенческих колик устанавливают на основании анамнеза и клинической картины, поэтому оценка начинается с уточнения возраста дебюта, суточного ритма и продолжительности приступов [1, 6, 12]. Врачу необходимо выяснить особенности вскармливания, связь плача с кормлением и дефекацией, характер стула, срыгиваний и рвоты, динамику массы тела и поведение ребенка между эпизодами [6, 12]. Использовавшееся ранее «правило трех», согласно которому плач должен продолжаться не менее трех часов в сутки, трех дней в неделю на протяжении трех недель, утратило обязательный статус в повседневной практике [1]. Римские критерии IV сохраняют количественную оценку длительности плача для исследовательских задач, тогда как клинический диагноз опирается на возраст ребенка, повторяемость необъяснимых приступов и отсутствие признаков органического заболевания [1, 12].

Типичный приступ начинается внезапно, чаще развивается вечером и сопровождается громким трудноутешимым плачем, беспокойством, покраснением лица и поджиманием ног [2, 6, 12]. Напряжение живота, урчание, вздутие и отхождение газов встречаются часто, однако выраженность этих проявлений различается даже у одного ребенка в разные дни [5, 6, 12]. Скопление газа способно усиливать растяжение кишечной стенки, одновременно продолжительный плач и нарушение техники кормления могут увеличивать заглатывание воздуха и поддерживать метеоризм [5, 6, 12]. Между приступами младенец сохраняет аппетит и обычную активность, нормально прибавляет массу тела, а физикальное обследование не выявляет патологических изменений [1, 6, 12]. Сохранное общее состояние между эпизодами помогает дифференцировать функциональное расстройство от заболеваний с постоянной или прогрессирующей симптоматикой.

Современные модели рассматривают младенческие колики как результат временной несогласованности моторных, сенсорных и нейрогуморальных механизмов регуляции желудочнокишечного тракта [1, 7, 12]. В первые месяцы жизни продолжается формирование энтеральной иннервации, координации кишечной моторики и восприятия висцеральных стимулов [5, 6, 12]. На выраженность симптомов также могут влиять возрастные особенности микрофлоры, ферментативная незрелость, перекорм и особенности техники кормления [5, 6, 12]. Нарушения моторики способны приводить к неравномерному продвижению кишечного содержимого и газа, а повышенная чувствительность к растяжению усиливает болевую реакцию при относительно небольшом изменении внутрипросветного давления [6, 12].

Подтверждение функционального характера колик требует целенаправленного поиска симптомов тревоги уже при первом обращении [6, 12]. К ним относятся изменение тональности крика, повторная рвота, кровь или желчь в рвотных массах, кровь в стуле, лихорадка, отказ от кормления, вялость и недостаточная прибавка массы тела [2, 5, 12]. Выраженное вздутие, болезненность или напряжение живота, судороги и другие неврологические нарушения также требуют расширения диагностического поиска [5, 12]. В зависимости от клинической картины исключают инфекционные заболевания, острую хирургическую патологию, поражение центральной нервной системы, лактазную недостаточность и гастроинтестинальные проявления пищевой аллергии [2, 5, 6, 12]. Изолированные колики редко обусловлены аллергией к белкам коровьего молока; подозрение на аллергию становится обоснованнее при сочетании колик с другими гастроинтестинальными, кожными или респираторными проявлениями и недостаточной прибавкой массы тела [13].

При типичном течении, нормальном физическом развитии и отсутствии симптомов тревоги лабораторные и инструментальные исследования для подтверждения колик не требуются [1, 12]. Клинический анализ крови и мочи, исследование кала, ультразвуковые, эндоскопические и другие методы назначают целенаправленно, когда анамнез или осмотр указывают на возможную органическую патологию [6, 12]. Диагностическая настороженность сохраняется и после первичного заключения: сохранение интенсивных приступов после ожидаемого срока их уменьшения, появление новых симптомов или замедление прибавки массы тела требуют повторной оценки [2, 5, 12].

Последовательная помощь ребенку и семье

После подтверждения функционального характера колик основой помощи становится содержательная беседа с родителями и конкретный план действий во время приступа и между эпизодами [2, 6, 10, 12]. Врач объясняет естественную возрастную динамику симптомов, ожидаемое постепенное уменьшение плача и признаки, требующие повторного осмотра ребенка [1, 2, 6, 12]. Четкие рекомендации уменьшают неопределенность, помогают распределить уход между взрослыми и снижают вероятность хаотичной смены смесей, обследований и лекарственных средств [9, 10].

Коррекция вскармливания начинается с наблюдения за кормлением и выявления факторов, способствующих перекорму или заглатыванию воздуха [6, 12]. При грудном вскармливании оценивают прикладывание, захват груди и эффективность сосания [6, 12]. При кормлении из бутылочки ребенка держат в полувертикальном положении, а бутылочку располагают горизонтально, слегка наклоняя, чтобы через соску поступало молоко, а не воздух и поток оставался контролируемым [14]. При необходимости во время кормления делают короткие паузы для отхождения проглоченного воздуха [14]. Грудное вскармливание сохраняют, если состояние матери и ребенка позволяет его продолжать [6, 10, 12]. Колики сами по себе не служат основанием для перевода на смесь, или для ее замены. Частая смена смеси нарушает адаптацию пищеварительной системы и затрудняет оценку эффекта каждого вмешательства, поэтому состав питания корректируют только при наличии клинических показаний [6, 10, 12].

Российская Национальная программа рекомендует при младенческих коликах ограничивать в рационе кормящей матери продукты, способствующие газообразованию и содержащие большое количество экстрактивных веществ [6]. Вместе с тем систематический обзор Cochrane выявил недостаточность и низкое качество данных о пользе диетических вмешательств, поэтому универсальная ограничительная диета не может рассматриваться как доказанный метод коррекции колик [11]. Изменения рациона кормящей матери следует обсуждать индивидуально. При обоснованном подозрении на аллергию к белкам коровьего молока у ребенка на исключительно грудном вскармливании может рассматриваться диагностическое исключение молочных продуктов из рациона матери на 2-4 недели с последующим их возвращением [13]. При искусственном вскармливании диагностическая элиминация предполагает временную замену обычной смеси на лечебную [13].

Мягкое укачивание, контакт с родителями, уменьшение сенсорной нагрузки, теплая пеленка и деликатное поглаживание живота могут использоваться как поддерживающие меры [2, 6, 12].

Если немедикаментозный подход не обеспечивает достаточного контроля симптомов, к ведению добавляют лекарственные средства с ветрогонным действием [5, 6, 12]. В педиатрической практике применяются препараты растительного происхождения на основе фенхеля, ромашки, мяты перечной и аниса, влияющие на пищеварительную секрецию и моторику кишечника [5, 6, 12]. Другую группу составляют препараты симетикона, которые снижают поверхностное натяжение газовых пузырьков, способствуют их разрушению и последующему выведению благодаря кишечной перистальтике [6, 12, 15].

При выраженном затруднении отхождения газов в отдельных случаях может использоваться газоотводная трубка [5, 12]. Ее применение требует осторожности и предварительного исключения заболеваний, сопровождающихся вздутием живота или нарушением дефекации [5, 12].

Примечательно, что в исследовании последовательного ведения 100 доношенных младенцев с функциональными коликами базовые коррекционные мероприятия обеспечили купирование болевого синдрома у 15% детей, а после добавления медикаментозной терапии симетиконом доля ответивших увеличилась до 62% [16]. Использование всего комплекса мер для купирования болевого синдрома, включая механические вмешательства, потребовалось только в 13% случаев [16].

Симетикон (Саб® Симплекс) в контроле избыточного газообразования

Вздутие, напряжение живота и затрудненное отхождение газов дают наиболее определенную точку приложения для симптоматической терапии при младенческих коликах. В содержимом желудочно-кишечного тракта часть газа удерживается в виде мелкопузырчатой пены, которая увеличивает объем кишечного содержимого и поддерживает растяжение стенки [15, 17]. Симетикон изменяет свойства границы между жидкой и газовой фазами, вследствие чего мелкие пузырьки сливаются, а пена оседает [15, 17]. Высвободившийся газ выводится с перистальтикой или всасывается через кишечную стенку, что способствует уменьшению вздутия и связанного с ним дискомфорта [15, 17].

Благодаря локальному физическому действию симетикон не абсорбируется из желудочнокишечного тракта, не поступает в системный кровоток, не взаимодействует с микроорганизмами и пищеварительными ферментами и выводится в неизмененном виде [15, 17]. Препараты симетикона в лекарственных формах, предназначенных для младенцев, могут применяться с рождения [15]. Одним из таких препаратов является Саб® Симплекс, который имеет длительный опыт применения в клинической практике [15, 17]. Продолжительность его применения определяется сохранением симптомов, а при эпизодическом вздутии препарат можно давать по потребности, без обязательного курсового приема [15]. Такой режим дозирования может отличать Саб® Симплекс от некоторых других препаратов для облегчения младенческих колик, которые необходимо принимать ежедневно в несколько приемов.

Готовая суспензия Саб® Симплекса содержит 69,19 мг симетикона в 1 мл и дозируется с помощью капельного устройства [15]. Препарат можно добавить в бутылочку с молоком или смесью либо дать ребенку с ложки перед кормлением, что позволяет обойтись без приготовления отдельного раствора [15]. Согласно действующей инструкции, разовая доза составляет 10 капель для новорожденного и 15 капель для младенца старше четырех недель [15, 17]. Небольшой объем суспензии, возможность смешивания с молоком или смесью и вкусовые характеристики могут облегчать введение препарата детям раннего возраста [15, 17].

Клиническая динамика на фоне применения Саб® Симплекса изучалась в сравнительном наблюдении, проведенном в Центре коррекции развития детей раннего возраста Московского НИИ педиатрии и детской хирургии [18]. В основную группу вошли 25 детей младше трех месяцев с метеоризмом, срыгиваниями и кишечными коликами, которым назначали по 15 капель препарата во время болевого эпизода [18]. Группу сравнения составили 15 младенцев, уже получавших в течение 3-5 дней диосмектит, препарат фенхеля или укропную воду [18]. Метеоризм уменьшился у 100% детей основной группы и у 60% детей группы сравнения, срыгивания прекратились соответственно у 96 и 65%, а колики купировались у 92 и 66% младенцев [18]. Препарат в целом хорошо переносился; аллергические реакции не зарегистрированы [18].

Саб® Симплекс не содержит углеводов, в том числе сорбитола, и может применяться у пациентов с сахарным диабетом и наследственной непереносимостью фруктозы [15, 17]. Различия вспомогательных веществ следует учитывать при выборе препарата симетикона для ребенка с подтвержденными нарушениями углеводного обмена.

Заключение

При младенческих коликах задача врача состоит в том, чтобы помочь семье пройти период естественного созревания пищеварительной регуляции ребенка, сохранив полноценное питание и избежав неоправданных ограничений, лекарственной перегрузки и дополнительного стресса. Содержательное консультирование, коррекция вскармливания и поддерживающие меры создают основу помощи, тогда как добавление ветрогонного средства может повысить эффективность купирования симптомов, связанных с избыточным газообразованием. При вздутии, напряжении живота и затрудненном отхождении газов симетикон оказывает локальное физическое действие в просвете кишечника без системной экспозиции. Физическая и химическая инертность вещества позволяет применять препараты симетикона, например, Саб® Симплекс, с первых дней жизни. Накопленный более чем за двадцать лет опыт применения Саб® Симплекса дополняют данные клинических наблюдений, в которых лечение сопровождалось уменьшением метеоризма, срыгиваний и выраженности колик. Возможность давать препарат по потребности, удобное дозирование и отсутствие обязательного курса позволяют включать его в последовательную схему помощи с учетом эпизодического характера симптомов.

Литература:

  1. Benninga MA, Faure C, Hyman PE, St James Roberts I, Schechter NL, Nurko S. Childhood Functional Gastrointestinal Disorders: Neonate/Toddler. Gastroenterology. 2016 Feb 15:S0016-5085(16)00182-7. doi: 10.1053/j.gastro.2016.02.016. Epub ahead of print. PMID: 27144631.
  2. Sung V. Infantile colic. Aust Prescr. 2018 Aug;41(4):105-110. doi: 10.18773/austprescr.2018.033. Epub 2018 Aug 1. PMID: 30116077; PMCID: PMC6091773.
  3. Lucassen P. Colic in infants. BMJ Clin Evid. 2010 Feb 5;2010:0309. PMID: 21729336; PMCID: PMC2907620.
  4. Lucassen PL, Assendelft WJ, van Eijk JT, Gubbels JW, Douwes AC, van Geldrop WJ. Systematic review of the occurrence of infantile colic in the community. Arch Dis Child. 2001 May;84(5):398-403. doi: 10.1136/adc.84.5.398. PMID: 11316682; PMCID: PMC1718751.
  5. Кешишян Е.С. Кишечные колики и коррекция микробной колонизации у детей первых месяцев жизни. Клиника. Дифференциальная диагностика. Подходы к терапии. Лекция для врачей. М.; 2007.
  6. Национальная программа оптимизации вскармливания детей первого года жизни в Российской Федерации. Методические рекомендации. Проект. 4-е изд., испр. и доп. М.; 2024.
  7. Zeevenhooven J, Browne PD, L'Hoir MP, de Weerth C, Benninga MA. Infant colic: mechanisms and management. Nat Rev Gastroenterol Hepatol. 2018 Aug;15(8):479-496. doi: 10.1038/s41575-018-00087. PMID: 29760502.
  8. Vik T, Grote V, Escribano J, Socha J, Verduci E, Fritsch M, Carlier C, von Kries R, Koletzko B; European Childhood Obesity Trial Study Group. Infantile colic, prolonged crying and maternal postnatal depression. Acta Paediatr. 2009 Aug;98(8):1344-8. doi: 10.1111/j.1651-2227.2009.01317.x. Epub 2009 Apr 28. PMID: 19432839.
  9. Zeifman D.M., St James-Roberts I. Parenting the crying infant. Curr Opin Psychol. 2017;15:149-154. doi: 10.1016/j.copsyc.2017.02.009.
  10. Salvatore S, Abkari A, Cai W, Catto-Smith A, Cruchet S, Gottrand F, Hegar B, Lifschitz C, Ludwig T, Shah N, Staiano A, Szajewska H, Treepongkaruna S, Vandenplas Y. Review shows that parental reassurance and nutritional advice help to optimise the management of functional gastrointestinal disorders in infants. Acta Paediatr. 2018 Sep;107(9):1512-1520. doi: 10.1111/apa.14378. Epub 2018 May 25. PMID: 29710375; PMCID: PMC6120453.
  11. Gordon M, Biagioli E, Sorrenti M, Lingua C, Moja L, Banks SS, Ceratto S, Savino F. Dietary modifications for infantile colic. Cochrane Database Syst Rev. 2018 Oct 10;10(10):CD011029. doi: 10.1002/14651858.CD011029.pub2. PMID: 30306546; PMCID: PMC6394439.
  12. Бельмер С.В., Волынец Г.В., Горелов А.В., Гурова М.М., Звягин А.А., Корниенко Е.А. и др. Функциональные расстройства органов пищеварения у детей. Рекомендации Общества детских гастроэнтерологов, гепатологов и нутрициологов. М.; 2021. 64 с. doi: 10.21508/KR-2021.
  13. Vandenplas Y, Broekaert I, Domellöf M, Indrio F, Lapillonne A, Pienar C, Ribes-Koninckx C, Shamir R, Szajewska H, Thapar N, Thomassen RA, Verduci E, West C. An ESPGHAN Position Paper on the Diagnosis, Management, and Prevention of Cow's Milk Allergy. J Pediatr Gastroenterol Nutr. 2024 Feb;78(2):386413. doi: 10.1097/MPG.0000000000003897. Epub 2023 Jul 26. PMID: 38374567.
  14. UNICEF UK Baby Friendly Initiative. A guide to infant formula for parents who are bottle feeding. London: UNICEF UK; 2016. 9 p.
  15. Инструкция по медицинскому применению лекарственного препарата Саб® Симплекс, суспензия для приема внутрь 69,19 мг/мл. Дата согласования: 26.07.2021.
  16. Кешишян Е.С., Бердникова Е.К. Функциональные нарушения желудочно–кишечного тракта у детей раннего возраста. РМЖ. 2006;19:1397.
  17. Хавкин А.И., Комарова О.Н. Современные подходы к ведению детей раннего возраста с синдромом кишечных колик. Педиатрия. Consilium Medicum. 2015;(1):54-58.
  18. Кешишян Е.С., Бердникова Е.К. Эффективность использования препаратов симетикона (Саб Симплекс) у детей раннего возраста с явлениями кишечных колик, повышенным газообразованием, срыгиванием. Кн.: Врачебный контроль за здоровьем ребенка. М., 2010.

Copyright 2026 Pfizer Россия. Все права защищены. Информация предназначена только для специалистов здравоохранения РФ.
OOO «Пфайзер Инновации» 123112, Москва, Пресненская наб., д.10, БЦ «Башня на Набережной» (блок С). Тел.: +7 495 287 50 00. Факс: +7 495 287 53 00.
Служба медицинской информации Pfizer: MedInfo.Russia@pfizer.com.
Доступ к информации о рецептурных препаратах Pfizer в России: www.pfizermedinfo.ru
PP-SAB-RUS-0264 11.08.2026

 

Программа Недели

17 августа
Вебинар 16:00
Эмпатия как назначение. Консультирование при функциональных нарушениях ЖКТ или мама в стрессе, малыш с коликами. Что делать? Кешишян Елена Соломоновна, д.м.н., профессор, заведующая и главный научный сотрудник отдела неонатологии и патологии детей раннего возраста Научно-исследовательского клинического института педиатрии и детской хирургии имени академика Ю.Е. Вельтищева ФГАОУ ВО РНИМУ им. Н.И. Пирогова Минздрава России
17 августа
Интервью
Сохранить репродуктивное будущее: что педиатру нужно знать об онкофертильности Кулева Светлана Александровна, д.м.н., профессор, заведующая детским онкологическим отделением, ведущий научный сотрудник, главный внештатный детский специалист-онколог Комитета по здравоохранению Санкт-Петербурга, врач-детский онколог
18 августа
Статья
ИАГ-лазер как альтернатива хирургии в детской офтальмологии Арестова Наталия Николаевна, д.м.н., доцент кафедры глазных болезней лечебного факультета, ведущий научный сотрудник отдела патологии глаз у детей, ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр глазных болезней им. Гельмгольца»
19 августа
Статья
Иммуностимулятор в фокусе педиатра. Когда важно не только лечить, но и восстанавливать Красноруцкая Ольга Николаевна, д.м.н., доцент, заведующая кафедрой инфекционных болезней и клинической иммунологии, ФГБОУ ВО «Воронежский государственный медицинский университет имени Н. Н. Бурденко»
Бугримов Даниил Юрьевич, к.м.н., доцент кафедры патологической анатомии ГБОУ ВО Воронежский государственный медицинский университет имени Н. Н. Бурденко

При поддержке

Мы используем cookie, чтобы сделать наш сайт удобнее для вас. Оставаясь на сайте, вы даете свое согласие на использование cookie. Подробнее см. Политику обработки персональных данных