Каждый третий случай развития эпилептических приступов в пожилом возрасте обусловлен нарушением мозгового кровообращения. В частности, инсульт рассматривается в качестве независимого фактора риска развития эпилепсии, клиническая форма которой определяется локализацией очагов ишемии.
Терапия постинсультной эпилепсии основана на применении фермент-индуцирующих противоэпилептических средств (класс N03A по анатомо-терапевтической и химической классификации лекарственных средств), которые могут влиять на метаболизм препаратов, используемых для вторичной профилактики инсульта.
Как показали результаты когортного исследования, опубликованного в декабрьском номере JAMA Neurology, у пожилых пациентов (n=2577, 54% мужчин; медиана возраста – 78 лет, интерквартильный размах – 69-85 лет) наиболее выраженное воздействие на риск сердечно-сосудистой смерти (отношение рисков, ОР 1.40, 95% ДИ [1.19-1.64]) и смерти от всех причин (ОР 1.40, [1.23-1.59]) оказывает вальпроевая кислота – препарат первой линии терапии постинсультной эпилепсии.
Риск смерти на фоне приема ламотриджина и леветирацетама по сравнению с карбамазепином составил 0.72 [0.60-0.86] и 0.96 [0.80-1.15], соответственно.
Фенитоин и окскарбазепин оказывали сопоставимый эффект на общую смертность (ОР 1.16, [0.88-1.51] и 1.16, [0.81-1.66], соответственно), а ламотриджин и леветирацетам – на риск смерти от сердечно-сосудистых осложнений (ОР 0.76, [0.61-0.95] и 0.77, [0.60-0.99], соответственно).
Риск сердечно-сосудистой смерти на фоне приема фенитоина и окскарбазепина составил 1.02 [0.71-1.47] и 0.71 [0.42-1.18], соответственно.
Таким образом, по сравнению с карбамазепином, по показателям общей смертности и риска смерти от сердечно-сосудистых осложнений ламотриджин обладал наиболее благоприятным профилем безопасности, в то время как монотерапия вальпроевой кислотой, наоборот, достоверно повышала риск неблагоприятного исхода.
