Недостаточность питания у пациентов с дисплазией соединительной ткани: взгляд с позиций персонифицированной медицины

Недостаточность питания у пациентов с дисплазией соединительной ткани: взгляд с позиций персонифицированной медицины

Выявлена взаимосвязь полиморфизма гена растворимого рецептора лептина гена (Arg223Gln)G/G c развитием недостаточности питания при дисплазии соединительной ткани (ДСТ). Исследование полиморфных маркеров генов липидного обмена в комплексе с индивидуальными




Nutritional insufficiency in patients with connective tissue dysplasia: judgement from position of personified medicine

The correlation of gene polymorphism of soluble leptine receptor of (Arg223Gln)G/G gene and development of nutritional insufficiency in connective tissue dysplasia (CTD) was revealed. Study of polymorph markers of lipid metabolism along with individual features of hormone state can be used for development of personalized approaches to rehabilitation of patients with CTD.

РЕКЛАМА

Согласно современным представлениям, реализация принципов персонализированной медицины осуществляется на основе использования геномных данных, позволяющих прогнозировать вероятность развития патологического состояния задолго до его возникновения [1]. Несмотря на высокую частоту и выраженность нарушений трофологического статуса у пациентов с дисплазией соединительной ткани (ДСТ), недостаточность питания остается малоизученным синдромом [2, 3]. В последние годы большое внимание исследователей уделяется роли адипокинов — гормонов, секретируемых жировой тканью, дисбаланс которых может приводить к метаболическим нарушениям. Лептин и его растворимые рецепторы, адипонектин, резистин являются ключевыми медиаторами, регулирующими энергетический баланс в организме. Очевидно, что уровень секреции этих пептидов и их рецепторов регулируется связанными с ними генами [4].

Цель исследования: изучить уровень пептидов, регулирующих энергетический гомеостаз (лептина, растворимых рецепторов к лептину, адипонектина, резистина) и полиморфизм генов, ассоциированных с жировой массой FTO (A+23525T), рецептора лептина LEPR (Arg223Gln) у пациентов с дисплазией соединительной ткани.

В исследование методом «поперечного среза» включено 94 пациента (50% мужчин, 50% женщин) в возрасте от 20 до 40 лет (средний возраст 30,5 ± 0,8 года). I группа — 34 пациента с ДСТ и признаками недостаточности питания, II группа — 30 пациентов с ДСТ без недостаточности питания. Группа контроля — 30 пациентов без ДСТ, сопоставимые по полу и возрасту. Диагноз генетически детерминированных (несиндромных) форм ДСТ выставлялся согласно Национальным рекомендациям [5]. Оценка трофологического статуса осуществлялась на основании показателей, входящих в «шкалу пищевого статуса организма» [6]. Исследование гормонов проводили иммуноферментным анализом: лептин — ELISA «DBC», Канада; рецепторы к лептину — ELISA «BioVendor», Чехия; резистин — ELISA «Mediagnost», Германия; адипонектин — ELISA «Mediagnost», Германия; мутации генов — с использованием аллель-специфической полимеразной цепной реакции с электрофоретической детекцией продуктов реакции НПФ «Литех», Россия. Статистическую обработку полученных результатов проводили с использованием пакета Statistica 6.0.

Результаты исследования и обсуждение

Исследование показало, у 53,13% пациентов регистрировались признаки недостаточности питания. Пациенты с ДСТ и недостаточностью питания (I группа) имели меньшие показатели массы тела, индекса массы тела (ИМТ), толщины кожно-жировой складки над трицепсом, уровень лимфоцитов (табл. 1).

Показатели трофологического статуса пациентов с дисплазией соединительной ткани

У пациентов с ДСТ и недостаточностью питания выявлены существенные изменения медиаторов жировой ткани в сыворотке крови (табл. 2). Уровень адипонектина, рецепторов к лептину у пациентов с ДСТ и низкой массой тела был выше, чем у пациентов с ДСТ без недостаточности питания и группы контроля, а концентрация резистина и лептина — ниже. Различия со II группой и группой контроля статистически значимы.

Распределение пациентов по генотипам FTO в I группе было следующим: АА-генотип — 17 (17,39%) пациентов, AТ-генотип — 13 (38,24%) пациентов, ТТ-генотип — 4 (11,76%) пациента (рис., А). Во II группе: АА-генотип — 19 (63,33%) пациентов, ТТ-генотип — 11 (36,67%) пациентов, AТ-генотип не встречался (рис., В). Контрольная группа: АА-генотип — 14 (46,67%) пациентов, AТ-генотип — 6 (20,0%) пациентов, AA-генотип — 10 (33,33%) пациента (рис., С).

Распределение пациентов по генотипам полиморфизма гена FTO в I группе

Исследование показало, что доминирующим вариантом наследования как у пациентов с ДСТ (с недостаточностью питания и без недостаточности питания), так и в группе контроля был АА-генотип (50,00%, 63,33%, 46,67% соответственно, р > 0,05), что близко к популяционным показателям — 56,2% [7].

Мутации гена рецептора LEPR (Arg223Gln)G/G имели место у 23,44% пациентов с ДСТ (р < 0,05) и в группе контроля не встречались (табл. 3).

Пациенты с генотипом LEPR G/G весили на 16,5 ± 0,3 кг меньше (р < 0,0001), чем носители генотипа A/G (II группа), и на 10,5 ± 1,3 кг меньше пациентов с АА-генотипом (р < 0,0001).

Показатели адипокинов у пациентов с дисплазией соединительной ткани

Заключение

Исследование показало, что у пациентов с ДСТ имеет место выраженный дисбаланс ключевых медиаторов, регулирующих энергетический гомеостаз (лептина, рецепторов к лептину, резистина, адипонектина). У пациентов с ДСТ и недостаточностью питания уровень резистина и лептина ниже, а уровень рецепторов к лептину и адипонектина выше, чем у пациентов с ДСТ без признаков недостаточности питания и пациентов без ДСТ.

Выявлена взаимосвязь полиморфизма гена растворимого рецептора лептина гена (Arg223 Gln)G/G c развитием недостаточности питания при ДСТ.

Исследование полиморфных маркеров генов липидного обмена в комплексе с индивидуальными особенностями гормонального статуса может быть использовано для разработки персонализированных подходов к реабилитации пациентов с ДСТ. Своевременная диагностика метаболических нарушений и их коррекция создаст условия для снижения риска сопутствующих недостаточности питания заболеваний.

Выполнено в рамках гранта Российского гуманитарного научного фонда «Распространенность и предикторы формирования недостаточности питания у лиц молодого возраста» 2015–2016 г., № 15-06-10552

Литература

  1. Дедов И. И. и др. Персонализированная медицина: современное состояние и перспективы // Вестник РАМН. 2012. № 12. С. 4–12.
  2. Лялюкова Е. А. Нарушения пищеварения и всасывания в кишечнике в процессе развития белково-энергетической недостаточности у пациентов с дисплазией соединительной ткани // Лечащий Врач. 2014. № 2. С. 47–50.
  3. Лялюкова Е. А. и др. Симпатический гипертонус и постпрандиальная абдоминальная гемодинамика у пациентов молодого возраста с трофологической недостаточностью // Экспериментальная и клиническая гастроэнтерология. 2016. № 1. С 11–15.
  4. Rudkowska I., Pérusse L. Individualized weight management: what can be learned from nutrigenomics and nutrigenetics? // Abstract Send to Prog Mol Biol Transl Sci. 2012; 108: 347–382.
  5. Наследственные нарушения соединительной ткани. Российские рекомендации. М., 2012. 76 c.
  6. Письмо Минздравсоцразвития России от 05.05.2012 N 14–3/10/1–2819 Методические рекомендации «Оказание медицинской помощи взрослому населению в Центрах здоровья» (вместе с «Методическими рекомендациями «Оказание медицинской помощи взрослому населению в Центрах здоровья», утв. Минздравсоцразвитием России 23.04.2012).
  7. HuGENet and HuGE Navigator. April 4 th, 2008. http://beckerinfo.net/bioinformatics/hugenet-and-huge-navigator/.

Ю. С. Цикунова
Е. А. Лялюкова1,
кандидат медицинских наук

ФГБОУ ВО ОмГМУ МЗ РФ, Омск

1 Контактная информация: Lyalykova@rambler.ru