Эпштейна–Барр-вирусная инфекция у детей: клиническая характеристика, современные аспекты диагностики, дифференцированный подход к лечению

Эпштейна–Барр-вирусная инфекция у детей: клиническая характеристика, современные аспекты диагностики, дифференцированный подход к лечению

В статье изложены современные представления о проблеме Эпштейна–Барр-вирусной инфекции (ЭБВИ) у детей. Представлены особенности возможного клинического течения как острой ЭБВИ, чаще протекающей как инфекционный мононуклеоз, так и хронических форм, которые




Epstein–Barr viral infection in children: clinical characteristic, modern aspects of diagnostics, differentiated approach to treatment L. M. Panasenko, E. I. Krasnova, T. V. Kartseva, Zh. V. Nefedova, I. Ya. Izvekova

The article presents modern ideas of the issue of Epstein-Barr viral infection (EBVI) in children. Features of possible clinical course both of acute EBVI, which more often manifests as infectious mononucleosis, and of chronic forms, which, in recent years, are taking special role among persistent infections, were presented. The modern schemes of the therapeutic approach were given, including rehabilitation therapy and dispensary observation.

Эпштейна–Барр-вирусная инфекция (ЭБВИ), наряду с остальными инфекционными заболеваниями, встречающимися среди детского населения, остается одной из наиболее актуальных в современной педиатрии. Свою популярность вирус получил не только из-за повсеместного распространения среди всех возрастных групп, но еще и потому, что сам по себе вирус обладает тропизмом к различным клеткам организма, о чем свидетельствует многообразие клинической картины. Кроме того, ЭБВИ может стать причиной аутоиммунной, онкологической, соматической патологии, что, в свою очередь, связано с отсутствием эффективных методов лечения и реабилитации.

Частота заболеваемости в различных странах составляет от 4 до 68 на 100 тыс. населения. По данным ВОЗ, вирусом Эпштейна–Барр (ВЭБ) инфицировано около 55–60% детей раннего возраста (до 3 лет), 80–90% — к периоду совершеннолетия, что связано как с истинным увеличением заболеваемости вследствие воздействия различных экзогенных и эндогенных факторов, так и совершенствованием методов лабораторной диагностики. Актуальность исследования данной патологии вызвана широкой циркуляцией этого вируса среди населения, многообразием клинических форм ЭБВИ, специфическим поражением вирусом иммунокомпетентных клеток. ЭБВИ является инфекционной болезнью иммунной системы с хронической персистенцией вируса, относится к группе неуправляемых инфекций, при которых нет специфической профилактики, что, безусловно, влияет на уровень заболеваемости [1–3].

ВЭБ является представителем ДНК-содержащих вирусов из семейства Herpesviridae (герпесвирусы), подсемейства гамма-герпесвирусов и рода лимфокриптовирусов. В процессе репликации вируса экспрессируется свыше 70 различных вирусспецифических белков. В настоящее время выделены группы иммуногенных белков, определение антител к которым дает возможность дифференцировать стадию инфекции (ЕА – ранний антиген, ЕВNА-1 — ядерный антиген, VCA — капсидный антиген, LMP — латентный мембранный белок).

ЭБВИ передается аэрозольным, контактным, трансплацентарным путями. Среди детей раннего возраста основным путем передачи является контактный путь, опосредованный чаще через игрушки, на которых присутствует слюна носителя инфекции. Инфицированность ВЭБ женщин фертильного возраста приближается к 96%. Во время беременности на фоне гестационной иммуносупрессии создаются условия для более активной репликации вируса при первичной инфекции, реактивации хронической и, соответственно, перинатального инфицирования плода. Изначально существующее осложненное течение беременности повышает риск перинатального инфицирования плода, ЭБВИ, в свою очередь, потенцирует развитие патологии беременности. По данным литературы, ведущее место при развитии ВЭБ-ассоциированной патологии беременности занимает угроза прерывания (41%), часто регистрируются ранний гестоз (30,8%), фетоплацентарная недостаточность (19%), что приводит к гипоксии плода (46,2%) [1, 4].

В настоящее время подтвержден вклад ВЭБ в структуру перинатальных потерь. Так, при обследовании женщин с внутриутробной гибелью эмбриона/плода ДНК ВЭБ в их крови обнаруживались в 36,8%, что свидетельствовало об активности вируса. Результаты молекулярно-генетических исследований тканей погибших эмбрионов/плодов также показывают наличие ДНК ВЭБ в 36% случаев.

При обследовании мазков отпечатков органов (головного мозга, сердца, печени) от умерших в анте-, интра- и перинатальном периодах на наличие антигенов вируса краснухи, цитомегаловируса (ЦМВ), вируса герпеса человека 6-го типа, ВЭБ наиболее часто выявляется микст-инфицирование различными комбинациями вирусов. Особенностью для ВЭБ является высокая частота регистрации его в ткани печени. В структуре внутриутробных инфекций ЭБВИ занимает значительное место, составляя около 50%. Вирус может вызывать поражение нервной системы плода (28%), органов зрения (7%), рецидивирующий хрониосепсис (13%), гепатит и синдром дыхательных расстройств. ЭБВИ может явиться причиной развития в дальнейшей жизни ребенка синдрома хронической усталости, длительного субфебрилитета, лимфаденопатии, гепатоспленомегалии. К особенностям проявлений ЭБВИ у новорожденных следует также отнести частое выявление врожденных пороков сердца: дефекта межпредсердной и межжелудочковой перегородок и др. В высоком проценте случаев встречаются конъюгационная желтуха, гипербилирубинемия, геморрагический синдром.

ВЭБ размножается в В-лимфоцитах и эпителиальных клетках, в связи с чем характерно многообразие клинических проявлений данной патологии. Важной отличительной чертой вируса является то, что он не тормозит и не нарушает размножение В-лимфоцитов, а, наоборот, его стимулирует. В этом заключается особенность возбудителя, так как он размножается в клетках иммунной системы, заставляя их клонировать свою, вирусную, ДНК [5].

В основе патогенеза хронической ЭБВИ, помимо биологических свойств самого возбудителя, важную роль играет состояние макроорганизма. Отягощенный преморбидный фон в сочетании с иммунотропной активностью вируса способствует формированию вторичного иммунодефицитного состояния, иммунной дисфункции, которые характеризуются нарушением процессов активации, дифференцировки иммунокомпетентных клеток, готовности к апоптозу, снижением иммунорегуляторного индекса и увеличением количества лимфоцитов, обладающих цитотоксическим потенциалом.

Хронический воспалительный процесс, индуцированный ВЭБ, приводит к структурным и метаболическим нарушениям пораженных тканей, что является причиной возникновения разнообразной соматической патологии. ВЭБ обладает значительным иммуносупрессивным действием, поэтому проблема сочетания герпесвирусной и туберкулезной инфекции у детей и подростков является актуальной.

На сегодняшний день известно несколько механизмов иммуносупрессивного действия ВЭБ и ЦМВ, во многом совпадающих с процессами, лежащими в основе иммунопатогенеза туберкулеза. Одной из наиболее тяжелых форм ЦМВ-инфекции, развивающейся преимущественно у иммунокомпрометированных лиц, является пневмония. ВЭБ и ЦМВ, как и микобактерии туберкулеза (МБТ), инфицируют макрофаги, а также дендритные клетки, которые под влиянием инфекции снижают продукцию интерлейкина-12 (ИЛ-12), что может нарушать функциональную активность Th1-ответа и приводить к утяжелению туберкулезного процесса. В ряде исследований выявлено, что у больных туберкулезом легких наблюдалась сопутствующая субклиническая инфекция, вызванная вирусом простого герепеса (40%) и ЦМВ (53,3%), а также герпесвирусными микст-инфекциями (40%) [6]. Установлено, что активация оппортунистических, особенно герпесвирусных, инфекций увеличивает риск инфицирования МБТ. Туберкулез, в свою очередь, протекает на фоне вторичной иммунной недостаточности у детей на фоне незрелости иммунной системы [7].

Таким образом, герпетические инфекции представляют интерес для фтизиатров, поскольку герпесвирусы распространены повсеместно и возможна ассоциация герпесвирусных инфекций и туберкулеза легких [8].

Особенности ВЭБ, эпидемиологии и патогенеза заболевания определяют многообразие клинических форм с учетом сроков от момента инфицирования. Практикующие врачи в своей повсе­дневной практике чаще встречаются с клинически манифестными формами первичной ЭБВИ в виде острой, как правило, неверифицированной респираторной инфекции (более 40% случаев) или инфекционным мононуклеозом (около 18% всех инфекционных заболеваний). В большинстве случаев ЭБВИ протекает доброкачественно и заканчивается выздоровлением, но с пожизненной персистенцией ВЭБ в организме переболевшего [9].

Инфекционный мононуклеоз (ИМ) как самостоятельная нозологическая форма — клиническая манифестация первичной инфекции, вызванной ВЭБ, которая может произойти в 2–3 месяца и чаще характеризуется бессимптомным течением, чем развитием типичной картины ИМ. В последние 10 лет заболеваемость ИМ возросла в 5 раз не только у взрослых, но и у грудных детей.

ИМ может протекать в типичной (острой) и атипичных (стертой, бессимптомной) формах. При типичной клинической картине отмечаются фебрильная лихорадка, тонзиллит, аденоидит, генерализованная лимфаденопатия, гепатоспленомегалия, экзантема, появление атипичных мононуклеаров в крови, головная боль, усталость, снижение аппетита, респираторный синдром и миалгии. При атипичных формах проявления основных симптомов заболевания менее выражены либо отсутствуют.

У детей раннего возраста первичная ЭБВИ часто протекает под маской ОРВИ, о чем свидетельствует высокий процент выявления иммуноглобулина G (IgG) к ВЭБ уже к четырем годам (50–60%). К концу первого года жизни антитела находят только у 17% детей. Со второго года жизни процент позитивных к ВЭБ постепенно растет, а после 3 лет резко возрастает. У детей первых двух лет жизни доля латентных форм может достигать 80–90%, у детей с 2 до 10 лет она снижается до 30–50% [10].

Клинические проявления ИМ у детей разнообразны, что создает определенные трудности в своевременной и правильной диагностике заболевания, а также при дифференциально-диагностическом разграничении его от заболеваний, сопровождающихся мононуклеозоподобным синдромом. Ошибки в диагностике на догоспитальном этапе, особенно у пациентов раннего возраста, составляют от 40% до 90% случаев, основными диагнозами при поступлении являются ОРВИ и ангина [11, 12].

После первичного инфицирования ВЭБ, протекавшего в форме инфекционного мононуклеоза, в 15–25% случаев в дальнейшем отмечается хроническое или рецидивирующее течение инфекции, которое в последние годы приобретает особое значение среди хронических персистирующих инфекций.

Хроническая ЭБВИ у детей характеризуется длительным рецидивирующим течением и наличием клинических и лабораторных признаков вирусной активности [13]. Больных беспокоят слабость, потливость, боль в мышцах и суставах, сыпь, кашель, затрудненное носовое дыхание, дискомфорт в горле, боль и тяжесть в области правого подреберья, нехарактерные ранее головные боли, головокружение, эмоциональная лабильность, нарушение сна, снижение памяти, внимания и другие проявления астенического синдрома. Часто отмечается субфебрильная/фебрильная температура, длительная генерализованная лимфаденопатия, аденоидит, тонзиллит, гепатоспленомегалия разной степени выраженности. Нередко данная симптоматика имеет волнообразное течение. Клиническая картина хронической ЭБВИ настолько полиморфна, что на ее основании поставить диагноз практически невозможно.

Неблагоприятное течение ЭБВИ с формированием полиорганных поражений, присоединением микст-инфекций, переходом в хроническую форму, индукцией онкологической и аутоиммунной патологии диктует необходимость своевременной диагностики острой и хронической ЭБВИ, в т. ч. в форме микст-инфекции, назначения комплексной терапии с использованием препаратов, воздействующих на различные этапы жизненного цикла ВЭБ, проведения этапной реабилитации пациентов.

Диагностика ЭБВИ, независимо от формы заболевания, должна проводиться с учетом данных эпидемиологического анамнеза, клинической картины и результатов лабораторного обследования. Важное значение имеет анализ групп риска в антенатальном и постнатальном периодах, особенно указаний на повторные острые респираторные заболевания в анамнезе (в группе часто болеющих детей). Следует учитывать, что симптоматика острого инфекционного мононуклеоза (сочетание лихорадки, генерализованной лимфаденопатии, тонзиллита, аденоидита, гепатомегалии, спленомегалии, полиморфной сыпи, изменений в гемограмме) может быть результатом как первичной ЭБВИ, так и реактивации инфекционного процесса. Современными методами диагностики являются полимеразная цепная реакция (ПЦР) с определением ДНК-возбудителя и выявление различных классов специ­фических антител методом иммуноферментного анализа (ИФА) на специфические антигены — к раннему (ЕВ-ЕА, VEA), капсидному (VCA), ядерному (ЕВ-NA, VNA) и мембранному (ЕВ-МА) антигенам.

Обнаружение антител к раннему (ЕВ-ЕА) и капсидному (ЕВ-VCA) антигенам свидетельствует об острой фазе инфекции, позднему мембранному (ЕВ-МА) и нуклеарному (ЕВ-NA) — о давнем инфицировании и латентной инфекции. Ниже представлены схемы лабораторной диагностики (табл.).

Схемы интерпретации результатов ИФА-исследования при ЭБВИ

Дополнительным маркером, который позволяет разграничить первичную инфекцию от реинфицирования или реактивации и установить примерные сроки перенесенной ЭБВИ, является индекс авидности (ИА). Авидность — величина, характеризующая прочность связи и сродство специфических антител и антигена. В ходе развития иммунного ответа после инфицирования IgG антитела эволюционируют, постепенно увеличивается их соответствие антигенным структурам возбудителя, повышается эффективность их связывания, т. е. наблюдается рост авидности антител. Параллельно с определением серологических маркеров у больных с подозрением на ИМ проводится выявление ДНК возбудителя методом ПЦР в крови или другом биологическом материале (слюна, мазки из ротоглотки, биоптаты печени, лимфоузлов, слизистой кишечника и т. д.). Оценка результатов данного метода в клинической практике затруднена, так как высокая чувствительность ПЦР не дает возможности отличить здоровое носительство от инфекции с активной репликацией вируса. Метод ПЦР особенно эффективен для обнаружения ВЭБ у новорожденных, когда определение серологических маркеров малоинформативно вследствие несформировавшейся иммунной системы, а также в сложных и сомнительных случаях диагностики ЭБВИ у взрослых.

В периферической крови у больных ИМ чаще наблюдается лейкоцитоз (до 20 × 109/л), абсолютное или относительное снижение нейтрофилов, абсолютный лимфоцитоз, единичные плазматические клетки. Одними из значимых гематологических маркеров ИМ являются атипичные мононуклеары. Процент последних может варьировать и достигать 60–80% в разгаре заболевания с постепенным снижением по мере выздоровления. Более чем в 90% случаев при ИМ изменены биохимические показатели функции печени. В сыворотке крови повышена активность трансаминаз и щелочной фосфатазы, а у 40% больных увеличена концентрация билирубина. Однако все перечисленные изменения не являются строго специфичными для ЭБВИ (их можно обнаружить и при других вирусных инфекциях) [14].

Основной целью терапии инфекционного мононуклеоза является не только купирование симптомов заболевания, но и перевод острой инфекции в латентную и тем самым снижение риска развития хронической ЭБВИ и ассоциированных с ней лимфопролиферативных, онкологических и аутоиммунных заболеваний. Комплексная терапия ЭБВИ включает в себя базисную и симптоматическую терапии.

Базисная терапия инфекционного мононуклеоза объединяет в себе охранительный режим, лечебное питание, противовирусные препараты (препараты интерферонов, индукторы эндогенных интерферонов), при необходимости антибактериальные препараты и иммунокорригирующую терапию.

Изопринозин (инозин пранобекс) относится к группе препаратов, совмещающих в себе как противовирусный, так и иммунотропный эффект. Препарат запатентован в США в 1972 г. (Inosiplex) для лечения клеточно-опосредованных иммунодефицитных состояний, вызванных герпетической инфекцией [15]. К 1990 г. инозин пранобекс зарегистрирован и разрешен к применению более чем в 70 странах мира под различными торговыми наименованиями как иммуномодулятор с противовирусной активностью. Препарат разрешен в России с 2011 г. для применения в педиатрической практике в возрасте с 3 лет (регистрационный номер в РФ — П № 015167/01 от 29.04.2011 ППР) [16].

Химически он представляет собой соль параацетамидобензоевой кислоты и N, N-диметиламино-2-пропанола и изомера инозина в соотношении 3:1. Инозин — пуриновое соединение, составная часть некоторых необходимых в природе веществ: пуриновых коэнзимов, высокоэнергетических фосфатных соединений (АТФ, ГТФ) и циклических пуриновых нуклеотидов.

Прямое противовирусное действие инозин пранобекс осуществляет уже к концу первых суток приема препарата: нарушается репродукция вирусов за счет повреждения их генетического аппарата (происходит связывание с рибосомой клетки и изменение пространственного строения данной клеточной структуры). Клеточная РНК получает преимущество перед вирусной РНК в конкуренции за места связывания на рибосомах. Трансляции вирусной РНК при этом не происходит. Изменяя стереохимическую структуру рибосом, инозин пранобекс подавляет синтез белков и тормозит репродукцию не только РНК-, но и ДНК-содержащих вирусов, имея широкий спектр противовирусного действия, подтвержденного in vivo и in vitro. Инозин пранобекс не влияет на развитие и функции здоровых клеток, что характеризует его как безопасный и эффективный в педиатрической практике препарат [16, 17].

Противовирусная активность доказана в отношении герпетических вирусов, кори, Т-клеточной лимфомы, полиовирусов, вирусов гриппа А и В, энтеровирусов (ЕСНО) [4, 9].

Кроме того, инозин пранобекс оказывает иммунокорригирующее действие — модулирует иммунный ответ по клеточному типу за счет усиления дифференцировки Т-хелперов и цитотоксических Т-лимфоцитов, цитокинов (ИЛ-1, ИЛ-2, интерферон гамма), повышает функциональную активность макрофагов, нейтрофилов и NK-клеток. Препарат способствует дифференцировке В-лимфоцитов в плазматические клетки, увеличивает продукцию антител [18]. Иммуномодулирующим эффектом обладают производные инозина, метаболита пуринового нуклеозида аденозина. Известно, что инозин входит в состав пуриновых коэнзимов, АТФ, циклических нуклеотидов, улучшая обменные процессы в пораженных вирусом клетках.

Препарат разрешен к применению детям с трех лет. Рекомендуемая доза Изопринозина составляет 50–100 мг/кг/сут, делится на 3–4 приема в течение всего острого периода болезни — от 5 до 14 дней в зависимости от длительности виремии (лихорадки) и синдрома интоксикации, обычно до исчезновения симптомов заболевания и еще 2–3 суток).

Для восстановления иммунологических показателей и купирования астеновегетативного синдрома инозин пранобекс назначают по иммуномодулирующей схеме: по 1 таблетке 2 раза в день в течение 14–28 дней. Препарат малотоксичен, хорошо переносится.

Противопоказания для назначения инозина пранобекса: аритмии, почечная недостаточность, мочекаменная болезнь. При лечении может наблюдаться транзиторное увеличение концентрации мочевой кислоты в сыворотке крови и в моче, которая нормализуется в ходе лечения или через несколько дней после его окончания и не является показанием для отмены препарата.

Виферон (интерферон альфа-2b человеческий рекомбинантный) обладает противовирусным, иммуномодулирующим, антипролиферативным свойствами, подавляет репродукцию вирусов за счет разрушения вирусной матричной РНК и ДНК. Иммуномодулирующие свойства интерферона альфа-2b заключаются в усилении фагоцитарной активности макрофагов, увеличении специфической цитотоксичности лимфоцитов к клеткам-мишеням.

Клиническими исследованиями Э. Симованьян и соавт. показано, что своевременное назначение инозина пранобекса в комбинации с интерфероном альфа-2b группе детей c острой ЭБВИ способствовало достоверному сокращению длительности лихорадки, катарального синдрома, лимфаденопатии, гепатоспленомегалии по сравнению с группой сравнения, которой назначался только интерферон альфа-2b. Иммуномодулирующая активность препарата проявлялась повышением количества иммунокомпетентных клеток, синтеза иммуноглобулинов А, М, G, интерферонов альфа и гамма [3]. Аналогичные исследования сравнительной эффективности монотерапии (инозином пранобексом, Вифероном и их комбинацией) в трех группах по 50 человек в каждой проведены А. Е. Митрофановым и соавт. [19]. Установлено, что в группе больных, получающих комбинированную терапию, отмечен более высокий терапевтический эффект и выраженная положительная динамика клинических и лабораторных проявлений заболевания по сравнению с детьми, получавшими монотерапию.

Ряд авторов в комплексной терапии ЭБВИ рекомендуют внутривенное введение препаратов иммуноглобулинов класса G (Привиджен, Интратек, Интроглобин и др.), содержащих не менее 95% IgG. Этиотропный эффект выражается в противовирусном действии препаратов и развитии антителозависимой комплемент-опосредованной цитотоксичности [20, 21].

Вопрос назначения прямой противовирусной терапии больным ИМ остается индивидуальным. Среди препаратов, которые могут быть использованы в качестве этиотропных, рекомендуются входящие в группу ациклических нуклеозидных аналогов (АНА) (ацикловир, валацикловир). Несомненно, одной из причин перехода острой ЭБВИ в хроническую является высокая вирусная нагрузка при острой инфекции. Уровень свободной ДНК вируса в крови прямо коррелирует с тяжестью заболевания. Уменьшение вирусной нагрузки в крови под действием АНА позволяет снизить эти риски. Однако следует помнить, что эффективное действие АНА возможно только в остром периоде заболевания или при реактивной инфекции, когда происходит репродукция вирусных частиц [22, 23].

Выбор симптоматической терапии зависит от клинических проявлений инфекционного мононуклеоза. Так, при затрудненном носовом дыхании назначаются назальные препараты, при сухом кашле — противокашлевые, при влажном — секретолитические и муколитические лекарственные средства, при лихорадке оправдано применение нестероидных противовоспалительных препаратов. По показаниям назначаются гепатопротекторы, нейро- и ангиопротекторы, кардиотропные препараты, ферменты, антигистаминные препараты второго поколения, энтеросорбенты, пробиотики и пребиотики.

Больные ЭБВИ нуждаются в длительном диспансерном наблюдении (до 12 месяцев), реализации комплекса реабилитационных мероприятий под контролем клинико-лабораторных показателей. Диспансерное наблюдение должно проводиться педиатром и инфекционистом с привлечением, по показаниям, других специалистов. Обязателен контроль клинического анализа крови, мочи и показателей функции печени — 1 раз в 3 месяца, серологическая диагностика проводится через 3 и 6 месяцев от начала заболевания, по показаниям — ультразвуковое исследование органов брюшной полости. При легкой и средней степенях тяжести медицинский отвод от вакцинации на 3 месяца, при тяжелой форме — на 6 месяцев. Рекомендовано ограничение физической нагрузки сроком до 3 месяцев, противопоказаны инсоляции до 12 месяцев [24].

Литература

  1. Афанасьева Т. М. Значение Эпштейна–Барр-вирусной инфекции в патологии беременности. Перинатальное инфицирование плода // Здоровье и образование в XXI веке. 2017; 19 (11): 13–17.
  2. Иванова О. Н. Особенности иммунного статуса у детей с инфекцией вируса Эпштейна–Барр // Современные проблемы науки и образования. 2016. № 5.
  3. Симованьян Э. Н., Денисенко В. Б., Григорян А. В., Ким М. А., Бовтало Л. Ф., Белугина Л. В. Эпштейна–Барр-вирусная инфекция у детей: совершенствование программы диагностики и лечения // Детские инфекции. 2016; (1): 15–23.
  4. Пирогова З. И., Рябчук Ф. Н. Клинико-лабораторная характеристика персистирующих форм герпесвирусной инфекции у детей // Лечащий Врач. 2011; (8): 62–65.
  5. Триско А. А., Колесникова Н. В., Авдеева М. Г., Чудилова Г. А., Ломтатидзе Л. В. Особеннсти клеточного иммунитета при острой инфекции, вызванной вирусом Эпштейна–Барр // Эпидемиология и инфекционные болезни. 2015; 20 (4): 13–15.
  6. Казанова А. С., Лавров В. Ф., Пантелеев А. В., Лядова И. В. Ассоциация туберкулеза и инфекций, вызванных вирусами простого герпеса, Varicella zoster, цитомегаловирусом // Эпидемиология и вакцинопрофилактика 2015; 4 (83): 23–28.
  7. Львова И. И., Шурыгин А. А., Дерюшева А. В., Шабалина Ю. А. Иммунотерапия в комплексном лечении туберкулеза легких у подростков // Детские инфекции. 2012; № 1: 44–47.
  8. Панова О. В., Стаханов В. А, Стенина М. А., Воеводин Д. А., Кривов Л. И. Клинические формы туберкулеза у детей раннего и дошкольного возраста с носительством вирусов герпеса в мононуклеарных клетках крови // Вестник РГМУ. 2012; (4): 38–42.
  9. Шестакова И. В., Ющук Н. Д. Современные подходы к лечению Эпштейна–Барр-вирусной инфекции у взрослых // Лечащий Врач. 2011, № 2.
  10. Фаткуллина Г. Р., Анохин В. А., Шайдуллина А. Х., Гарипова И. Д., Айбатова Г. И. Мононуклеозоподобный синдром у детей // Российский вестник перинатологии и педиатрии. 2016; 61 (5): 132–135.
  11. Васюнин А. В., Краснова Е. И., Соловьев В. Ю., Куимова И. В., Колесникова Т. В. Клиника и диагностика ВЭБ-инфекции у детей первого года жизни // Детские инфекции. Т. 17. Спецвыпуск: Материалы XVII Конгресса детских инфекционистов России, Москва. 2018; 23–24.
  12. Дроздова Н. Ф., Фазылов В. Х. Инфекционный мононуклеоз, обусловленный вирусом Эпштейна–Барр: клинико-патогенетические аспекты (обзор литературы) // Вестник современной клинической медицины 2018; 11 (3): 59–63.
  13. Крамарев С. А., Выговская О. В. Эпштейна — Барр-вирусная инфекция у детей // Актуальная инфектология. 2013; № 1 (1): 73–78.
  14. Наговицына Е. Б. Современные подходы к диагностике и лечению инфекционного мононуклеоза Эпштейна–Барр-вирусной этиологии. Хабаровский филиал ФГБУ «Дальневосточный научный центр физиологии и патологии дыхания» Сибирского отделения РАМН — НИИ охраны материнства и детства, 2015. С. 45–50.
  15. Beran J., Šalapová E., Špajdel M. Inosine pranobex is safe and effective for the treatment of subjects with confirmed acute respiratory viral infections: analysis and subgroup analysis from a Phase 4, randomised, placebo-controlled, double- blind study // BMC Infectious Diseases. 2016. V. 16. P. 648–658.
  16. Самсыгина Г. А. О рецидивирующих инфекциях респираторного тракта и диспансерной группе часто болеющих детей // Детские инфекции. 2012. № 3. С. 52–53.
  17. Golebiowska-Wawrzyniak, Markiewicz K., Kozar A. et al. Immunological and clinical study on therapeutic efficiacy of inosine pranobex // Pol. Merkuriusc. Lek. 2005. V. 19. P. 379–382.
  18. Исаков В. А., Архипова Е. И., Исаков Д. В. Герпесвирусные инфекции человека. СПб: Спецлит, 2013. 670 с.
  19. Митрофанов А. В., Гасилина Е. С., Китайчик С. М., Богоявленская И. Ю. Сравнительная эффективность противовирусной терапии инфекционного мононуклеоза у детей // Практическая медицина. 2012. Т. 63. № 7–1. С. 63.
  20. Ершов Ф. И. Антивирусные препараты: справочник. 2-е изд. М.: ГЭОТАР-Медиа, 2006. 311 с.
  21. Савенкова М. С., Савенков М. П., Афанасьева А. А., Абрамова Н. А. Возможности противовирусной и иммуномодулирующей терапии в лечении гриппа, ОРВИ, герпесвирусных инфекций. М., 2015. 20 с.
  22. Шестакова И. В. Лечить или не лечить Эпштейна–Барр-вирусную инфекцию: подробный обзор различных тактик // Инфекционные болезни. 2013; (3): 40–44.
  23. Ebell M. H. Epstein–Barr-virus infectious mononucleosis // Fam. Physician. 2004. Vol. 70, № 7. P. 1279–1287. PMID: 15508538.
  24. Лечебно-диагностические стандарты по инфекционным болезням у детей: клинические рекомендации для педиатров / Под ред. Ю. Б. Белана. Омск: ООО «Полиснаб», 2014; 167 с.

Л. М. Панасенко, доктор медицинских наук, профессор
Е. И. Краснова1, доктор медицинских наук, профессор
Т. В. Карцева, доктор медицинских наук, профессор
Ж. В. Нефедова
И. Я. Извекова,
доктор медицинских наук, профессор

ФГБОУ ВО НГМУ Минздрава России, Новосибирск

1 Контактная информация: krasnova-inf@rambler.ru

DOI: 10.26295/OS.2019.42.15.006

 

Эпштейна – Барр вирусная инфекция у детей: клиническая характеристика, современные аспекты диагностики, дифференцированный подход к лечению/ Л. М. Панасенко,  Е. И. Краснова, Т. В. Карцева, Ж. В. Нефедова, И. Я. Извекова
Для цитирования:  Лечащий врач № 11/2019; Номера страниц в выпуске: 24-28
Теги: герпесвирусы, инфекционный мононуклеоз, микст-инфекция

Купить номер с этой статьей в pdf

Все новости и обзоры - в нашем канале на «Яндекс.Дзене». Подписывайтесь

Актуальные проблемы

Специализации




Календарь событий: