Нейрогенный мочевой пузырь у детей. Возможности фармакотерапии

Вопросы лечения нарушений мочеиспускания и недержания мочи у детей никогда не потеряют своей актуальности, что обусловлено значительной распространенностью этой патологии


, ,

Вопросы лечения нарушений мочеиспускания и недержания мочи у детей никогда не потеряют своей актуальности, что обусловлено значительной распространенностью этой патологии (около 10% детского населения), а также ее ролью в развитии и поддержании вторичных изменений мочевыводящей системы (рецидивирующего хронического цистита, пузырно-мочеточникового рефлюкса, уретерогидронефроза, пиелонефрита, приводящих к нефросклерозу, артериальной гипертензии, хронической почечной недостаточности и ранней инвалидизации), сопровождающих это заболевание по данным литературы более чем в 30% случаев [1–4].

Расстройства мочеиспускания — патология, которая непосредственно не угрожает жизни больного, но является, несомненно, социально значимой проблемой, приводящей к более или менее выраженному ограничению психической и физической активности пациента, затрудняющей его социальную адаптацию в обществе, что приводит к проблемам в общении со сверстниками, отставании в учебе, конфликтным ситуациям в семье. Так, дети с нарушениями мочеиспускания ставят эту проблему на 3 место после таких стрессов, как смерть родителей и возможность ослепнуть. Необходимо подчеркнуть, что эта проблема касается не только самого пациента, но и его микроокружения, что, в свою очередь, может поддерживать торпидность течения расстройств мочеиспускания. Тем более описанный комплекс проблем актуален для детей, особенно в определенные, «критические» с точки зрения психофизиологических изменений периоды (в преддошкольном, дошкольном и школьном периоде, при вовлечении ребенка в новую социальную группу — детский сад, школьный коллектив, в пре- и пубертатном периоде) [5–10].

Нейрогенный мочевой пузырь (НМП) — это собирательное понятие, объединяющее большую группу нарушений его резервуарной и эвакуаторной функций, которые развиваются вследствие поражения нервной системы на различных уровнях, изменений со стороны уроэпителия или поражения гладкомышечной структуры мочевого пузыря (МП).

Нормальная функция нижних мочевых путей включает два основных этапа — фазу накопления мочи и фазу опорожнения и определяется сложным взаимодействием между МП, мочеиспускательным каналом и всеми уровнями нервной системы. Как видно из табл. 1, дисфункции МП могут иметь место как в фазу накопления, так и в фазу выделения. Функция детрузора может быть нормальной, гиперактивной и гипоактивной. Гиперактивность проявляется в фазу накопления, гипоактивность — в фазу выделения.

Согласно рекомендациям Международного общества по изучению проблемы удержания мочи (International Continence Society [ICS]) гиперактивность МП (ГАМП) подразделяется на нейрогенную гиперактивность (заменяет используемый ранее термин «гиперрефлексия детрузора»), когда у пациента имеется установленная неврологическая патология, и идеопатическую гиперактивность (заменяет используемый ранее термин «нестабильность детрузора»), когда причина гиперактивности не ясна. Типичными симптомами ГАМП являются поллакиурия, императивные позывы и ургентное недержание мочи. Термином гипоактивность детрузора обозначают дисфункции МП, проявляющиеся снижением или отсутствием сократительной активности МП в фазу выделения и приводящие к нарушению опорожнения МП. Другой дисфункцией является снижение растяжимости, обусловленное снижением эластичности вследствие цистита и некоторых неврологических заболеваний. При этом в фазу наполнения происходит резкое повышение внутрипузырного давления в отсутствии сокращений детрузора.

Другим важным показателем функции МП является его чувствительность, которая оценивается на основании только субъективных ощущений пациента во время наполнения МП при цистометрии. Выделяют нормальную, гипо- и гиперчувствительность [2, 11–13].

Нарушения накопительной и эвакуаторной функции МП часто сопровождаются различными формами недержания мочи. В настоящее время наиболее приемлемой в урологии детского возраста является классификация, предложенная проф. Е. Л. Вишневским (2001), в которой недержание мочи подразделяется на:

  • императивное (моторное и сенсорное);
  • стрессовое (при напряжении);
  • рефлекторное;
  • от переполнения:

— малого объема (до 150 мл);

— среднего объема (150–300 мл);

— большого объема (более 300 мл) — тотальное;

  • комбинированное.

Лечение

Выбор тактики лечения больного зависит от типа и выраженности дисфункции МП, эффективности использованных ранее видов лечения и наличия сочетанной патологии или осложнений со стороны других органов и систем.

Учитывая тот факт, что за последние годы не появилось новых взглядов на патогенез развития нейрогенной дисфункции МП у детей и на сегодняшний день одним из наиболее доказанных звеньев является дисфункция гипоталамо-гипофизарной системы, вследствие которой возникает увеличение тонуса вегетативной нервной системы, при котором повышение активности парасимпатического звена приводит к возрастанию чувствительности детрузора к ацетилхолину, а повышенная активность симпатического отдела вегетативной нервной системы ведет к спазму артериальных сосудов МП, что в конечном итоге приводит к энергетической гипоксии и развитию ишемической болезни МП, то единственным и наиболее перспективным среди существующих в настоящее время подходов к терапии нарушений мочеиспускания у детей является органный, поскольку лечение, направленное на устранение отдельных симптомов, является тупиковым, а внеорганный подход является прерогативой психоневрологов [14].

Все лечебные мероприятия, применяемые при НМП, можно разделить на три основных направления:

  • немедикаментозное лечение;
  • медикаментозная терапия;
  • хирургическое лечение.

Основным принципом является начало лечебных мероприятий с наименее травматичных и дающих наименьшее число побочных эффектов методик.

Немедикаментозное лечение. Преимуществом немедикаментозных методов лечения является практически полное отсутствие побочных эффектов и ограничений к последующим видам лечения, а также возможность комбинирования с медикаментозной терапией [15–17].

Оно включает в себя:

  • тренировку МП, которая заключается в соблюдении больным заранее установленного плана мочеиспусканий с прогрессивным увеличением интервала между ними;
  • использование комплекса упражнений для тазовых мышц с использованием метода биологической обратной связи (чаще применяется у детей старшего возраста);
  • физиотерапевтические методы (электрическая стимуляция, лазер, гипербарическая оксигенация (ГБО), тепловые процедуры, диадинамотерапия (ДДТ), амплипульс, ультразвук и т. д.).

Фармакотерапия. В настоящее время фармакотерапия является одним из самых распространенных и эффективных методов лечения нейрогенной дисфункции мочевого пузыря (НДМП). Метод вызывает интерес прежде всего благодаря своей доступности, возможности длительного применения и регуляции воздействия. Мишени фармакотерапии условно могут быть разделены на центральные и периферические. К центральным относятся зоны контроля мочеиспускания в спинном и головном мозге, а к периферическим — МП, уретра, периферические нервы и ганглии. В нижних мочевых путях большинство рецепторов являются холинэргическими мускариновыми, альфа- и бета-адренергическими и пуринергическими (табл. 2). Исходя из распределения рецепторов в МП и особенностей сократительного ответа при их стимуляции, опыт последних 20 лет определил круг применения нескольких групп препаратов, представленных в табл. 3. Это достаточно обширный список препаратов, что, с одной стороны, вызывает сложности при назначении необходимого средства, а с другой стороны, дает широту выбора при неэффективности традиционно применяемого препарата.

Среди препаратов, применяемых при нарушении накопительно-сохраняющей функции МП, восстановление которой происходит путем ингибирования ГАМП и гиперсенсорности МП, восстановления его объема и улучшения сфинктерных механизмов, наиболее часто применяются в нашей практике и, надо заметить, до сих пор остаются наиболее эффективными антихолинергические препараты.

Одним из самых известных и старых представителей этой группы является атропин, который имеет выраженное системное действие. В практике атропин применялся перорально и подкожно. Зарубежные исследователи доказали достоверную эффективность и безопасность его внутрипузырного применения. Согласно рекомендациям Международного общества по проблемам удержания мочи в настоящее время атропин не используются при лечении ГАМП из-за большого количества побочных эффектов, хотя применение этого препарата в нашей стране не теряет своей популярности до сих пор. Самым распространенным методом введения сейчас является электрофорез.

Следующим препаратом, наиболее известным и широко применяемым в педиатрической практике, обладающим, помимо умеренного антихолинергического действия, угнетающим действием на гладкую мускулатуру, является оксибутинин (Дриптан), назначаемый в дозе от 2,5 до 5 мг 2–3 раз/сут. Препарат был создан в 60-е годы для лечения гипермоторных расстройств желудочно-кишечного тракта, но в настоящее время нашел широкое применение при лечении гиперактивного МП. Более чем за два десятилетия оксибутинин зарекомендовал себя как золотой стандарт в терапии НДМП. Несмотря на достаточно высокую эффективность препарата, доказанную многочисленными клиническими исследованиями, он обладает рядом отрицательных особенностей. Прежде всего, это низкая селективность в отношении МП, что обуславливает развитие таких побочных эффектов, как сухость во рту, снижение остроты зрения, запоры, неприятные ощущения и боли в животе, а также наличие побочных действий со стороны ЦНС — сонливость, нарушение когнитивной функции. В ряде случаев они послужили основанием для прекращения лечения. Поиск путей снижения выраженности побочных эффектов привел к внедрению внутрипузырного применения оксибутинина, эффективность и безопасность которого изучена достаточно подробно, разработке форм для трансректального применения и оксибутинина замедленного высвобождения. Также в последние годы наблюдается тенденция к снижению назначаемой дозы [9–29].

Толтеродин (Детрузитол) — препарат, первый из группы антихолинергических средств, разработанный специально для лечения симптомов гиперактивности МП. Сегодня в США это наиболее часто назначаемый пациентам с данной патологией препарат. Международная программа клинических исследований препарата является одной из самых обширных. Толтеродин не обладает рецепторной селективностью, но при клинических испытаниях он оказывал более избирательное действие по отношению к гладким мышцам МП, чем слюнным железам. Применение толтеродина приводит к снижению частоты мочеиспусканий и эпизодов недержания мочи. Исчезают дизурические явления, и увеличивается объем мочеиспускания.

В зарубежной печати появились сведения о первых результатах применения толтеродина в педиатрической практике. Так, по данным исследователей установлено, что у 73% принимавших препарат детей наблюдалось улучшение или излечение. Эффективность оказалась сравнимой с эффективностью оксибутинина, а переносимость — значительно лучше. Важными результатами исследования стало полное отсутствие развития толерантности при длительном (более 12 мес) применении препарата. Эффективность и безопасность длительного применения толтеродина подтверждена Детским международным обществом по проблемам удержания мочи [30–32].

Перспективой улучшения переносимости толтеродина стало появление его новой формы — так называемого толтеродина замедленного высвобождения, обладающего большей эффективностью. В сравнительном клиническом исследовании, опубликованном в 2003 году, была оценена эффективность оксибутинина замедленого высвобождения, толтеродина и толтеродина замедленного высвобождения. Полученные данные показали большую эффективность оксибутинина и толтеродина замедленного высвобождения в отношении дневного недержания мочи, чем у обычного толтеродина. Оксибутинин замедленного высвобождения значительно эффективней любой формы толтеродина в отношении недержания мочи и поллакиурии [33].

Необходимо отметить, что применение многих лекарственных препаратов с антихолинергическим действием не может быть оценено как эффективное прежде всего из-за отсутствия достоверных отличий по сравнению с плацебо и выраженности побочных эффектов. В настоящее время уже широко используется у взрослых новый высокоселективный антагонист М3-рецепторов солифенацина (Везикар).

Из группы препаратов, обладающих смешанным действием, помимо оксибутинина, рассмотренного выше, в зарубежной практике применяются следующие препараты: пропиверин и теродилин, которые обладают антихолинэстеразным действием и блокируют кальциевые каналы. Пропиверин повышает емкость МП, снижает амплитуду максимальных сокращений детрузора. Побочные эффекты, характерные для антимускариновых препаратов, наблюдаются при использовании пропиверина у 20% больных. Контролируемые клинические исследования европейских и японских ученых доказали эффективность его применения у пациентов с симптомами ГАМП. Пропиверин хорошо переносится, при сравнительном анализе — лучше, чем оксибутинин, особенно в отношении частоты и выраженности сухости во рту [34–35]. Hellstorm и соавт. в двойном слепом контролируемом исследовании применяли теродилин в дозе 25 мг/сут у 58 детей в возрасте от 6 до 14 лет с симптомами ГАМП. Было отмечено клинически значимое снижение числа мочеиспусканий и эпизодов недержания мочи. Препарат хорошо переносится, низкая частота встречаемости побочных эффектов также способствует применению его у детей [36].

Из препаратов, действующих на каналы мембран, особое внимание привлекают антагонисты кальциевых и активаторы калиевых каналов. Роль кальция как посредника для передачи внеклеточных импульсов во внутриклеточное пространство хорошо известна. Поэтому препараты, уменьшающие поступление Са внутрь гладкомышечной клетки, способствуют снижению сократительной активности детрузора. Наиболее типичным представителем является нифедипин. При его использовании у пациентов с нестабильностью детрузора происходит увеличение емкости МП, снижается частота мочеиспусканий и амплитуда непроизвольных сокращений. В настоящее время не существует препаратов, избирательно блокирующих Са-каналы тканей МП. По имеющимся данным, систематическая терапия антагонистами Са-каналов из-за побочных эффектов не может являться базовой при лечении гиперактивного МП.

Активаторы калиевых каналов являются одними из перспективных препаратов для лечения нарушений накопительной функции МП, поскольку они могут подавлять только непроизвольные сокращения детрузора, не оказывая влияния при нормальном мочеиспускании. Однако недостаточная изученность и высокая частота побочных эффектов не позволяют на сегодняшний день рекомендовать эти препараты для применения в педиатрической практике.

Использование ингибиторов синтеза простагландинов (флурбипрофен, индометацин), механизм действия которых связан с уменьшением синтеза простогландина (ПГ), путем ингибирования активности ПГ-синтетазы, что способствует уменьшению сократительной активности МП, ограничивается тем, что дозировка, необходимая для купирования симптомов гиперактивности, значительно превышает среднюю терапевтическую. В то же время применение препаратов данной группы в высоких дозах вызывает известные побочные эффекты и делает его небезопасным.

Что касается применения препаратов из группы бета-адреномиметиков, то к настоящему времени опыт их применения незначителен, несмотря на то, что со времени первых исследований их эффективности при гиперактивности детрузора прошло более 20 лет.

Аналоги вазопрессина клинически эффективны в ситуациях, когда нарушен ритм секреции вазопрессина и наблюдается энурез. Имеются данные об их использовании при лечении никтурии у больных с ГАМП.

Трициклические антидепрессанты эффективны при пероральном применении у детей, страдающих энурезом. Имеются сообщения о повышении эффективности при комбинированной терапии с антихолинергическими препаратами или оксибутинином [37].

Использование этих препаратов в широкой клинической практике ограничено из-за их психотропности.

Обоснованием к применению альфа-адреноблокаторов (альфа-АБ) послужило преобладание альфа-адренорецепторов в дне, шейке МП и уретре и связанные с их блокированием такие эффекты, как снижение частоты микций, увеличение объема, улучшение опорожнения МП и снижение объема остаточной мочи. Однако их эффективность в отношении ирритативных симптомов послужила поводом для более глубокого изучения патогенеза их действия.

В настоящее время доказано, что препараты этой группы воздействуют не только на рецепторы гладких мышц нижних мочевых путей, но и на альфа-адренорецепторы, расположенные в сосудах стенки МП, вследствие чего происходит активация кровообращения в МП и существенное улучшение адаптационной и сократительной активности детрузора, что приводит к снижению выраженности расстройств мочеиспускания [38–39]. Имеются сообщения об успешном применении альфа1-АБ и у детей с ГАМП. В проведенном исследовании у детей с синдромом императивного мочеиспускания на фоне приема доксазозина отмечалась стойкая положительная динамика клинической симптоматики (исчезновение поллакиурии, увеличение эффективного объема МП) и стабилизация показателей РЦМ (снижение удельного внутрипузырного давления). Полученные положительные результаты применения альфа1-АБ позволяют считать перспективным дальнейшее изучение и внедрение этих препаратов при лечении расстройств мочеиспускания у детей [40–41].

В настоящее время доказанным является тот факт, что применение препаратов, активирующих органное кровообращение, устраняет гипоксическую депрессию холинорецепторов и/или функциональную активность гладких мышц, приводя к более выраженному эффекту от применения холиноблокаторов. Учитывая выраженный эффект альфа1-АБ на снижение ишемических нарушений стенки детрузора, становится возможным и оправданным изучение совместного применения холиноблокаторов и альфа1-адреноблокаторов в лечении нейрогенных дисфункций МП гиперрефлекторного типа [41].

Среди других препаратов, применяющихся при лечении накопительной дисфункции МП, упоминается об использовании капсаицина [42], содержащегося в жгучем перце и фактически являющегося нейротоксином, и его суперсильного аналога — резинфератоксина [43]. Использование этих препаратов нарушает афферентную чувствительность нервных волокон МП и тормозит активность детрузора, т. е. приводит к первичному резкому возбуждению с последующей длительной невосприимчивостью. Внутрипузырное применение этих веществ представляется многообещающим в лечении рефрактерной гиперрефлексии у пациентов с различными неврологическими заболеваниями.

В последние годы появились сообщения об успешном применении инъекций ботулинического токсина (БТ) в стенку МП или уретры при лечении гиперактивного и нейрогенного МП. В результате наблюдалось устранение или облегчение симптомов заболевания. Учитывая практически полное отсутствие побочных эффектов, продолжительный клинический эффект (до 6 мес), использование БТ кажется довольно перспективным при лечении гиперрефлексии и устойчивых форм гиперактивности МП, сфинктерной диссенергии, инфравезикальной обструкции [44–45].

В настоящее время является необходимым применение совместно с базовой терапией препаратов, обладающих антигипоксическим и антиоксидантным действием. С этой целью в состав комбинированной терапии включают препараты янтарной кислоты, коферментные формы витаминов, L-карнитин, Пикамилон, Пантогам и др. В частности, доказано потенцирующее влияние Пикамилона у детей с атропинрезистентными формами НДМП [7, 22, 39, 46].

Что касается лечения нарушений эвакуаторной функции МП, то основной задачей является обеспечение регулярного и эффективного опорожнения МП — начиная с принудительных мочеиспусканий, эвакуации мочи с помощью наружной компрессии (прием Креде) и заканчивая его периодической или постоянной катетеризацией. Из медикаментозных средств наиболее эффективным считается использование М-холиномиметиков, таких как дистигмина бромид (Убретид), ацеклидин, галантамин, позволяющих снижать эффективный объем МП, количество остаточной мочи и тем самым частоту катетеризаций за счет усиления моторики МП. Прозерин чаще применяется методом электрофореза на область МП.

Значительная выраженность нарушений процессов энергообеспечения детрузора диктует необходимость коррегировать гипоксию и метаболические нарушения стенки МП, назначая альфа-адреноблокаторы, витаминотерапию, препараты из группы ноотропов, антиоксиданты и др. Обычно параллельно с лекарственной терапией проводят физиотерапию.

В случае неэффективности консервативных методов лечения, а также органических причин возникновения нарушений мочеиспускания применяются, в зависимости от уровня поражения, различные оперативные методики.

Таким образом, правильный и индивидуальный подбор современных методов лечения НДМП открывает новые возможности в решении ряда важных медицинских, социальных и психологических проблем, помогает улучшить качество жизни больных и повысить их социальную активность.

Литература

  1. Вишневский Е. Л., Пугачев А. Г. Недержание мочи у детей // Пленум правления Российского общества урологов, Ярославль: Материалы. М., 2001. С. 179–189.
  2. Вишневский Е. Л., Лоран О. Б., Вишневский А. Е. Клиническая оценка расстройств мочеиспускания. М.: ТЕРРА, 2001. 96 с.
  3. Джавад-Заде М. Д., Державин В. М., Вишневский Е. Л. и др. Нейрогенные дисфункции мочевого пузыря. М.; Медицина. 1989. 383 с.
  4. Осипов И. Б., Смирнова Л. П. Нейрогенный мочевой пузырь у детей. (Серия «Современная медицина»). СПб: Питер, 2001. 96 с
  5. Nijman R. J. Classification and treatment of functional incontinence in children // BJU Int. 2000. Vol. 85. P. 37–45.
  6. Кириллов В. И., Киреева Н. Г. Нейрогенные дисфункции мочевого пузыря у детей // Русский медицинский журнал. 1998. Т. 6. № 9.
  7. Кольбе О. Б., Моисеев А. Б., Сазонов А. И. и др. Оценка эффективности применения препарата оксибутинин у детей с гиперактивным мочевым пузырем // Русский медицинский журнал. 2006. Т. 14. № 12. С. 895–901.
  8. Appell R. A. Overactive Bladder in Special Patient Populations // Rev. Urol. 2003. Vol. 5, suppl 8. P. 37–41.
  9. Hjalmas K. Is dyscoordinated voiding in children a hereditary disorder? // Scand. J. Urol. Nephrol. 1995. Vol. 173. P. 31–35.
  10. Abrams P., Kelleher C. J., Kerr L. A., Rogers R. G. Overactive bladder significantly affects quality of life // Am. J. Manag. Care. 2000. Vol. 6. P. 580–590.
  11. Madersbacher H. G. Neurogenic bladder dysfunction. Curr Opin Urol. 1999. Jul; 9 (4): 303–307.
  12. Аль-Шукри С. Х., Кузьмин И. В. Гиперактивность детрузора и ургентное недержание мочи: Пособие для врачей. СПб., 1999. 48 с.
  13. Вишневский Е. Л., Пушкарь Д. Ю., Лоран О. Б., Данилов В. В., Вишневский А. Е. Урофлоуметрия. М.: Печатный город. 2004. 220 с.
  14. Вишневский Е. Л., Гельдт В. Г., Николаев С. Н. Диагностика и лечение дисфункции мочевого пузыря у детей раннего возраста // Детская хирургия. 2002. № 3. С. 48–54.
  15. Пугачев А. Г., Ромих В. В., Алферов С. Н. Клинические особенности функциональных нарушений мочеиспускания в детском возрасте // Лечащий Врач. 2004. № 9. С. 35–38.
  16. Lettgen B., von Gontard A., Olbing H., Heiken-Lowenau C., Gaebel E., Schmitz I. Urge incontinence and voiding postponement in children: somatic and psychosocial factors // Acta Paediatr. 2002. Vol. 91. P. 978–984.
  17. Hoebeke P., Van Laecke E., Everaert K., Renson C., De Paepe H., Raes A. et al. Transcutaneous neuromodulation for the urge syndrome in children: a pilot study // J. Urol. 2001. Vol. 166. P. 2416–2419.
  18. Curran M. J., Kaefer M., Peters C., Logigian E., Bauer S. B. The overactive bladder in childhood: long-term results with conservative management // J. Urol. 2000. Vol. 163. P. 574–577.
  19. Пушкарь Д. Ю., Щавелева О. Б. Медикаментозное лечение императивных расстройств мочеиспускания // Фарматека. 2002. № 10 (61).
  20. Hoebeke P. B., Vander Waller J. The Pharmacology of paediatric incontinence // BJU Int. 2000. Vol. 86. P. 581–589.
  21. Сивков А. В. Фармакотерапия гиперактивного мочевого пузыря // Consilium medicum. 2002. Т. 4. № 7.
  22. Джерибальди О. А. и др. Фармакотерапия гиперрефлекторной дисфункции мочевого пузыря у детей // Матер. научн.-практ. конф. «Детская урология и перспективы ее развития». М., 1999. С. 155.
  23. Hjalmas K., Passerini-Glazel G., Chiozza M. L. Functional daytime incontinence: pharmacological treatment // Scand J Urol Nephrol Suppl. 1992; 141: 108–114; disc. 115–116.
  24. Ferrara P., D’Aleo C. M., Tarquini E., Salvatore S. & Salvaggio E. Side-effects of oral or intravesical oxybutynin chloride in children with spina bifida // BJU International. 2001. 87 (7), 674–678.
  25. Lose G., Norgaard J. P. Intravesical oxybutynin for treating incontinence resulting from an overactive detrusor // BJU Int. 2001 Jun; 87 (9): 767–773.
  26. Amark P., Eksborg S., Juneskans O., Bussman G., Palm C. Pharmacokinetics and effects of intravesical oxybutynin on the paediatric neurogenic bladder // Br J Urol. 1998. Dec; 82 (6): 859–864.
  27. Buyse G., Verpoorten C., Vereecken R., Casaer P. Intravesical application of a stable oxybutynin solution improves therapeutic compliance and acceptance in children with neurogenic bladder dysfunction // J Urol. 1998. Sep;
    160 (3 Pt 2): 1084–1087; discussion 1092.
  28. Amark P., Bussman G., Eksborg S. Follow-up of long-time treatment with intravesical oxybutynin for neurogenic bladder in children // Eur Urol. 1998. Aug; 34 (2): 148–153.
  29. Youdim K., Kogan B. A. Preliminary study of the safety and efficacy of extended- release oxybutynin in children // Urology. 2002. Mar; 59 (3): 428–432.
  30. Goessl C., Sauter T., Michael T., Berge B., Staehler M., Miller K. Efficacy and tolerability of tolterodine in children with detrusor hyperreflexia // Urology. 2000; 55: 414–418.
  31. 31. Larsson G., Hallen B., Nilvebrant L. Tolterodine in the treatment of overactive bladder: analysis of the pooled phase II efficacy and safety data // Urology. 1999; 53: 990–998.
  32. Boldac S. The use of tolterodin in children after oxybutinin failure // BJU Int. 2003 Mar; 91 (4): 398–401.
  33. Reinberg Y., Crocer J. Theurapeutic efficacy of extended- release oxybutynin, and immediate release and long acting tolterodine tartrat in children with diurnal urinary incontinence // J Urol. 2003. Jan; 169 (1): 317–319.
  34. Madersbacher H., Murtz G. Efficacy, tolerability and safety profile of propiverine in the treatmentof the overactive bladder (non-neurogenic and neurogenic) // Word J Urol. 2001 Nov; 19 (5): 324–335.
  35. Okada H., Sengoku J., Gohji K., Arakawa S., Kamidono S. Clinical effect of propiverine in patients with urge or stress incontinence. Kobe University Incontinence Study Group // BJU. 1998. Dec; 82 (6), 859.
  36. Yoshihara H., Yasumoto R. Clinical study of terodiline hydrochloride for the treatment of urinary frequency and urinary incontinence, and its cardiovascular adverse effects //
    Hinyokika Kiyo. 1992. Aug; 38 (8): 967–972.
  37. Tahmaz L., Kibar Y., Yildirim I., Ceylan S., Dayanc M. Combination therapy of imipramine with oxybutynin in children with enuresis nocturna // Urol Int. 2000; 65 (3): 135–139.
  38. Austin P. F., Homsy Y. L., Masel J. L., Cain M. P., Casale A. J., Rink R. C. Alpha-Adrenergic blockade in children with neuropathic and nonneuropathic voiding dysfunction // J Urol. 1999. Sep; 162 (3 Pt 2): 1064–1067.
  39. Лоран О. Б., Вишневский Е. Л., Вишневский А. Е. Лечение расстройств мочеиспускания у больных с гиперплазией простаты-адреноблокаторами. Монография. М. 1998.
  40. Джерибальди О. А., Млынчик Е. В. Эффективность лечения императивного недержания мочи у детей доксазозином // Пленум правления Российского общества урологов, г. Ярославль: Материалы. М., 2001 С. 209.
  41. Никитин С. С. Обоснование и эффективность сочетанного применения М-холинолитиков и альфа-адреноблокаторов при лечении детей с гиперактивным мочевым пузырем.
    Автореф. дисс. … канд. мед. наук. М.,
    2006. 23 с.
  42. Igawa Y., Satoh T., Mizusawa H., Seki S., Kato H., Ishizuka O. & Nishizawa O. The role of capsaicin-sensitive afferents in autonomic dysreflexia in patients with spinal cord injury // BJU International. 2003.
    91 (7), 637.
  43. Seki N., Ikawa S., Takano N., Naito S. Intravesical instillation of resiniferatoxin for neurogenic bladder dysfunction in a patient with myelodysplasia // J Urol. 2001. Dec; 166 (6): 2368–2369.
  44. Мазо Е. Б., Кривобородов Г. Г. Гиперактивный мочевой пузырь. М.: Вече, 2003. 160 с.
  45. Appell R. A. Uretral and bladder injections for incontinence including botox // Atlas Urol. Clin. 2004. Vol. 12. P. 159–164.
  46. Белоусова И. С. Обоснование и эффективность метаболической терапии у детей с нейрогенной дисфункцией мочевого пузыря. Автореф. Дисс. … канд. мед. наук. М., 2005. 28 с.

С. Н. Зоркин, доктор медицинских наук, профессор Т. Н. Гусарова, кандидат медицинских наук С. А. Борисова, кандидат медицинских наук НЦЗД РАМН, Москва


Критерии оценки и классификации дисфункций нижних мочевых путей (рекомендованы International Continence Society)

Распределение и физиологическое значение различных классов рецепторов в нижних мочевых путях (W. C. de Groat, 1996)

Лекарственные препараты, используемые в лечении НДМП